ПСИХИЧЕСКИЕ СИМПТОМЫ

Психические признаки имеют самое большое значение если соблюдать условие их конкретной и верной оценки. При развитии болезненного процесса психические симптомы больше опережают соматические. Прежде чем будут замечены объективные эти, почти вечно ухудшается самочув¬ствие. Перемены в психической сфере достаточно рано выделяют инфор¬мацию гомеопату для выбора излечения болезненного процесса задол¬го до такого, как обнаружатся функциональные или же морфологические нарушения.
От многих мам мы слышим, что младенец за 2—3 дня до на¬чала заболевания становится невыносимым, капризным, агрессивным или же плаксивым. На данной стадии заболевания целесообразны профилактиче¬ские события, когда, ориентируясь на психические нарушения, получается подобрать благоприятное лечебное оружие: плаксивый ребе¬нок хорошо откликается на Pulsatilla; концентрированный, рассерженный на Nux vomica или же Bryonia; негромкий, погруженный в себя — на Ignatia; возбу¬димый, экзальтированный — на Chamomilla; при ночном испуге хорошее оружие Aconitum.
В текстуре нашего организма прослеживаются определенные значения. У высокоорганизованных живых созданий по мере усложне¬ния организации повышается степень умственно-психической дея¬тельности. Я принципиально выражаюсь осторожно. Свежайшие иссле¬дования, проведенные с применением Kirlian-фотке (цит. по P. Tompkins, 1978), доказывают чувствительность и растений (Fechner). Индивидуальная специфика и отличия людей наиболее конкретно проявляются в их умственно-психической сфере. Основное в гомеопатии — это учет оригинальности. Отсель проясняется значение психических признаков в гомеопатической практике.
В гомеопатических лекарственных пособиях рассказывается об из¬менениях в психической сфере при применении такого или другого ле¬карственного средства. Ганеман в данном вопросе также превзошел свое и нынешнее пора: термин «психофармакология» только недавно зашел в медицинский быт.
Большому ансамблю эмоций испуга и боязни, как детали человеческого бытия, соответствует поступок подходящих медицинских препаратов. Психосоматическое воздействие медицинских препаратов подтверждает верность целостного восприятия человека как персоны, собственно для гомеопатии является само по себе разумеющимся. Сопутствую¬щие признаки в соматической сфере порождают чувство испуга и боязни и дифференцируют их. Сопутствующие признаки со сторо¬

ны сердечно-сосудистой системы разграничиваются различным состоянием кровообращения, собственно внешне имеет место быть как «красный испуг», свойственный Belladonna и Aurum; «белый испуг», специфический для Veratrum album и Arsenicum album. Или же, к примеру, испуг перед предстоящим тестированием (экзамены, путешествие и т. п.) вызывает по¬нос; испуг перед бурей вынуждает благоразумных людей в некото¬рых ситуациях запрятываться в погреб (Phosphorus); испуг перед брюхо¬ными, тем более собаками, характерен для Tuberculinum; опасение оставаться одному в детстве присуща Calcium carbonicum, испуг одиночества — Arsenicum album.
Все признаки, которые проходят с обострением чувства самосохранения и будут сопровождаемыми чувством испуга смерти, заслуживают самого бошльшого внимания. Импульсы к разрушению, самоубийству или же самоповреждению, суицидальные думы, нена¬висть, злость, необоснованная ревность, расточительность, жадность, презрение, зазнайство или же неуверенность внутри себя — все варианты психических реакций отражают суть человека. В случае если они пре¬вышают некую границу толерантного, то покупают харак¬тер заболевания, и предусматриваются при выборе медицинских препаратов.
Сны отображают неосознанный испуг и жажда. Они еще часто считаются ценными признаками. Многие высокофункциональные нарушения, которые принимаются как чисто телесные заболевания, при основательном рассмотрении считаются выражением душевных стра¬даний. Учащиеся Ганемана были в наиболее счастливом положении, т.к. все, собственно было разработано психосоматикой позже, уже приме¬нялось ими в гомеопатической терапии. В «Органоне» §§ 210—230 мы считаем современно звучащие строчки о психодинамике, и вот это 150 лет назад!
Перед наиболее наблюдательным медицинским работником в общении с больным вечно стоит практически криминалистически трудная миссия — декламировать между строчек. Почти все словами не передашь. За внешней бравадой или же экзальтированным поведением, за приступами удушья или же ноч¬ным недержанием мочи нередко скрывается испуг. Злость имеет место быть в желчной колике или же язве желудка. В состоянии боязни мы часто смотрим холодные мокрые кисти, за запором прячется недо¬статочное выделение желчи, страх или же заскорузлая жадность. Чув¬ство давней вины большей частью умалчивают, и молчание в беседе имеет возможность сказать более слов, жадная слеза многое разъяснить. Чем больше нездоровый верит доктору, тем правдивее станет его повествование. При доверительной разговору часто пациент сам осознает свое недоразумение. Он готов скинуть маскировку. В поисках «похожего» нам помо¬гают только настоящие, но не ложные признаки. Под маской стоика необходимо распознать раздражительность, а под маской любезного и вежливого любимца общества — бытового тирана. В случае если бы Вам представился случай следить пациента на подобии Nux vomica поутру в домашней ситуации, а вечером повстречать на трапезе, то Вы заметили бы два его совершенно различных «лица». А как, к примеру, хладнокровная, скрытная, грустная Sepia-молодая женщина неузнаваемо пре¬ображается на плясках. Совокупность симптомов предписывает на под¬ходящее оружие. Это единство признаков тела и души. Изучение лишь психической симптоматики при психозе дает вероятность поставить диагноз явной душевной заболевания, для коей она патогномонична. Сопутствующая соматическая симптоматика в данных случаях дает вероятность дифференцировать психические признаки при выборе медицинских препаратов.
Ганеман рекомендует нам при выборе медицинских препаратов («Органон», § 218) достоверно выявлять и предусматривать при психических болезнях сомати¬ческие признаки, коие предшествуют психическим нару¬шениям. Для этого от случая к случаю приходится склоняться к поддержки род¬ственников пациентов, а еще домашнего или же семейного медицинского работника. «Узкий эксперт» обязан об этом побеспокоиться. Без понимания связи меж отдельными прецедентами о происхождении, роде, семье, окружении и специальности нельзя совершить целостный расклад к пациентам. Доктору-гомеопату изучение общественного положения, до¬скональное уточнение биографии больного может помочь в оценке симп¬томов.
Это касается помимо прочего интеллектуальной признака¬тики (умственные признаки). Умственная работа — про¬дукт врожденной способности и среды — делает решающее воздействие на наши чувства. Восприятие находится в зависимости от степени проникно¬вения в объект. Без мотивировки мы не достигаем удач в учебе. Противоположные направленности: переоценка или же недооценка функций нервной системы и интеллекта затрудняет разграничение любого фактора отдельно. Поскольку «натура» не исследует ни психологию, ни фи¬зиологию чувств и вечно выступает как общее целое, то вербаль¬ная информация больного также исходит из данного единства. Интел¬лектуально-психические признаки можно нередко выделить лишь произвольно. Так в реперториуме Kent эти признаки объединены в некую главу (в немецком издании в рубрике: «Нервная система»), v. Boenninghausen эту группу разграничивает. Он выделяет признаки, ка¬сающиеся восприятия, мышления, памяти, наблюдательности и сво¬бодных волевых поступков. Описание признаков у М. Dorcsi анало¬гично, но в пояснении он как следует демонстрирует связь.
Этим образом, психическим признакам в гомеопатии при¬дается особое смысл. Медицина человека должна опираться на отличительных чертах человека как вида. Анатомия и физиология пока же¬зывают неразрывную связь человека с животными, но умственная и психиче¬ская работа — жестко специфичны для человека. Нарушения в умственно-психической сфере нередко предшествуют нарушениям функции или текстуры органов. Здоровье меняется ранее, чем обнаруживаются объективные эти. Задачей профилактики яв¬ляется излечение нарушений здоровья. Это предупредит становление объективных признаков. Для патогенеза практически всех глубинно дей¬ствующих медицинских препаратов свойственно перемена умственного и психиче¬ского состояния. Ганеман, проводя испытания медицинских препаратов на людях, уже 150 лет назад изучал их психодинамическое поступок.
Чувство испуга и боязни — немаловажные составные части впечатлений человеческой жизни. Они нередко выражаются косвенно. За¬дача медицинского работника состоит в том, чтобы рассмотреть маски и за кажущимися соматическими нарушениями увидать страдания души. Психосома¬тика в гомеопатии — не дань моде. Ганеман придумал практиче¬ские способы лечения данных нарушений. В «Органоне» он еще изло¬жил ключевые принципы излечения психозов. Признаки, отражаю¬щие перемены в умственной и психической сфере, почти вечно тес¬но связаны, так собственно у больных или же при проверке медицинских препаратов на здоро¬вых они не разделимы. В реперториуме Kent они показаны в общей рубрике: «Нрав».